Сокамерник Джеффри Эпштейна раскрыл детали предполагаемой предсмертной записки бизнесмена, находившегося в тюрьме Нью-Йорка. В интервью СМИ он заявил, что записка содержит размышления Эпштейна о своей жизни и ситуации, в которой он оказался. По словам сок
Что скрывает таинственная предсмертная записка Джеффри Эпштейна? Его сокамерник утверждает, что она содержит шокирующие откровения, которые могут перевернуть всё, что мы знали о его деле. Узнайте, что на самом деле произошло в тёмных уголках тюрьмы, где каждый шаг мог стать последним.
Сокамерник финансиста Джеффри Эпштейна в тюрьме Нью-Йорка раскрыл содержание предполагаемой предсмертной записки бизнесмена, которая до сих пор остается засекреченной. Об этом сообщает газета New York Times.
Сокамерник Николас Тартальоне рассказал, что обнаружил записку в июле 2019 года, после того как Эпштейна нашли без сознания с полоской ткани на шее. Хотя Эпштейн выжил, несколько недель спустя он был найден мёртвым. Судмедэксперт признал, что он покончил с собой.
После июльского инцидента Эпштейн был переведен в другую часть тюрьмы и помещен под наблюдение из-за риска самоубийства. В это время, по словам Тартальоне, он нашёл в камере записку, спрятанную в графическом романе. В записке говорилось, что следователи много месяцев изучали дело Эпштейна и "ничего не нашли".
"Что вы хотите, чтобы я сделал, разрыдался? Пора прощаться", – цитирует сокамерник примерное содержание записки.
Тартальоне также сообщил, что передал записку своим адвокатам как доказательство в случае, если бы Эпштейн продолжал утверждать, что сокамерник пытался причинить ему вред.
Николас Тартальоне, бывший полицейский, был осужден в 2023 году и сейчас отбывает четыре пожизненных срока. О записке он рассказал в недавних телефонных интервью из федеральной тюрьмы в Калифорнии.
Записка не упоминалась в официальных расследованиях смерти Эпштейна, включая отчёт управления генерального инспектора министерства юстиции от 2023 года. Как сообщает газета, записка была засекречена федеральным судьей в рамках уголовного дела самого Тартальоне и не была известна следователям по делу Эпштейна.
