В Алматы замерзают пальмы: горожане тревожатся о состоянии оранжереи в Ботаническом саду

Что мешает завершить работы, почему алматинцы призывают друг друга скинуться на спасение пальм, как тропические растения выживают в холода, на что надеется руководство ботсада и почему эта история не только про растения, но и гораздо более важная, рассказывает корреспондент.

Проблема затянувшейся реконструкции оранжереи

Жительница Алматы опубликовала в соцсетях пост, который привлёк внимание подписчиков. Девушка подняла проблему затянувшейся реконструкции оранжереи в ботсаду, вспомнила, какие эмоции это место вызывало у неё в детстве, и призвала горожан помочь собрать средства на завершение строительства.

"Я помню, как увидела её впервые на школьной экскурсии. Восторг! Иначе это чувство не описать. Я думаю, у каждого алматинца есть воспоминания о ботаническом саде и этой райской оранжерее", — делится тёплыми впечатлениями автор поста.

Оранжерея экзотических растений в Ботаническом саду долгие годы была изюминкой Алматы, местом притяжения для горожан и гостей. Маленькие джунгли посреди серой и холодной зимы. Но уже четыре года оранжерея представляет собой удручающее зрелище: разруха, голый железный каркас и целлофановая плёнка. Эта плёнка — единственное, что защищает от гибели тропические многолетние деревья, выращенные с огромным трудом.

История оранжереи

Оранжерея в ботаническом саду была построена в 1969 году. Ежегодно количество растений в ней пополнялось. К 2020 году тут было более 500 видов экзотических кустарников, цветов и деревьев, 19 из которых — разные виды пальм из тропических и субтропических регионов мира. Некоторые из деревьев превышали 10 метров.

К 2021 году встала острая необходимость в реконструкции оранжереи: многие конструкции за 50 лет поизносились и стали представлять угрозу для посетителей.

"Проект реконструкции нам подарили. Мы запросили средства на его реализацию из республиканского бюджета, и нам их выделили. Был объявлен тендер, но желающих особо не нашлось — всего две компании подали заявки. Победителем стало ТОО "Строительная компания ШАХ", так как предложило наименьшую стоимость работ. Мы заключили с ними договор на сумму 1 005 997 456,18 тенге", — рассказывает Гульнара Ситпаева, генеральный директор Республиканского государственного предприятия "Институт ботаники и фитоинтродукции".

С этого момента и началась гибель волшебного пространства. Поначалу реконструкция шла активно: старое строение разобрали, собрали новый металлический каркас. Однако не обошлось без нарушений. Один из корпусов — третий и самый высокий — собрали с нарушениями. Технадзор не подписывал акт, указывая подрядчику на недочёты. Тот обещал всё исправить, но ничего в итоге не сделал.

Руководство ботанического сада писало письма на республиканский уровень с просьбой найти дополнительное финансирование, но не получило его. Вскоре подрядчик забросил проект, оставив после себя лишь голые металлические балки.

Руководство Ботанического сада полагало, что дело осталось лишь за остеклением. Они писали в крупные компании с просьбой оказать спонсорскую помощь, но желающих не нашлось. Позже, когда на Алматы обрушился ураганный ветер, один из каркасов накренился и его пришлось разобрать ради безопасности посетителей ботсада. Это был тот самый — третий — проблемный корпус.

Начались долгие судебные тяжбы с подрядчиком.

"Когда ТОО "Строительная компания ШАХ" участвовало в тендере, оно не было признано недобросовестным подрядчиком, лишь позже, когда дело дошло до судов, мы узнали, что только в Алматы на компанию подано 30 судебных исков, а по Казахстану — более 60", — рассказывает директор.

Все суды против подрядчика, в том числе апелляционный и кассационный, ботанический сад выиграл. Компания должна была возместить причинённый ущерб, однако предписание суда так и не исполнено.

"Исполнение судебных решений осложняется бездействием Подрядчика, отсутствием денежных средств на его счетах, а также отсутствием зарегистрированного имущества", - объяснила Ситпаева.

Текущая ситуация

Уже четвёртую зиму сотрудникам ботсада приходится буквально биться за каждое растение, которое не приспособлено к низким температурам. В первый год было потеряно много взрослых деревьев, например, столетний фикус.

"Тогда, — вспоминает Шолпан Масалимова, заведующая лабораторией тропических и субтропических растений, — было потеряно много взрослых деревьев, например, столетний фикус".

За прошедшие три зимы сотрудники и растения смогли немного адаптироваться. Те, что можно было пересадить в горшки и перенести в теплицы, были перенесены. Другие, высаженные в грунт, утепляют как могут. Металлические каркасы перед зимой обтягивают плёнкой в несколько слоев, крышу покрывают стекловатой.

Внутри импровизированного парника устанавливают тепловые пушки:

Сотрудники каждые три часа проверяют влажность и температуру воздуха.

"Зимой мы всеми силами стараемся не допустить роста деревьев, чтобы макушки не упирались в потолок. Бесконечно обрезать их не можем, поэтому погружаем в 'спячку'. Поддерживаем тусклый свет и температуру воздуха +8-10 градусов", — рассказывает Шолпан Масалимова.

Несмотря на все усилия, некоторые деревья спасти не удаётся.

Все потери зелёного фонда не безвозвратные.

"От общей массы насаждений мы потеряли около двух процентов. Но они все есть у нас в повторе — это молодые деревца, 3-5 лет. Но взрослые деревья, которые погибли, были для нас крайне важны, как и для всех оранжерей мира. Сама ценность таких оранжерей именно в природном возрасте деревьев", — объясняет завлабораторией.

Молодые деревца и те, что удалось выкопать и пересадить в кадки, зимуют в цитрусарии:

Здесь они соседствуют с лимонами, кумкватами, пандерозой, плоды которой похожи на лимон на стероидах — этот цитрус размером с небольшую дыню:

Хотя в теплицах тропические деревья чувствуют себя относительно нормально, зав. лабораторией отмечает: держать эти растения в горшках постоянно невозможно. За год они значительно вырастают, и им нужно больше пространства.

Кроме того, за время реконструкции ботанический сад пополнил коллекцию экзотических деревьев ещё на 80 экземпляров, и их тоже необходимо будет высадить в грунт.

В теплицах особенная атмосфера — тут хочется находиться часами:

"Вот баобаб из Африки, а это 'рождественская звезда'. Она уникальная", — рассказывает заведующая лабораторией, с любовью указывая на каждое дерево.

Здесь также есть огромная коллекция кактусов и суккулентов, которые выглядят как коралловый риф на суше. Смотришь на эту красоту, разглядываешь детали, и время будто замирает.

К сожалению, вся эта красота недоступна простому визитёру. Теплицы, где выращивают и разводят разные растения, закрыты для посещений.

"У нас были такие большие планы на новую оранжерею. Мы хотели открыть там художественную школу для детей, проводить разные семинары, экскурсии интересные, познавательные. Но, увы", — с сожалением говорит Масалимова.

Она твёрдо уверена: оранжерея городу нужна — и не только как объект для туристов, но и как научное пространство:

"Оранжерея — это история, это труды трёх поколений учёных. Нам нужна оранжерея, которая была раньше и которую горе-строители нам погубили. Это не наша вина — это вина тех, кто зашёл в тендер и не смог выполнить взятые на себя обязательства".

Будущее оранжереи

Будущее оранжереи остается под вопросом. По словам гендиректора Ботанического сада Гульнары Ситпаевой, на завершение строительства нужно около 1,5-2 миллиардов тенге.

"Деньги мы пока не можем найти ни из каких источников. Бизнес особо не откликается. Мы обращались ко всем недропользователям, во все банки, ко всем крупным строительным компаниям. Единственное — 100 миллионов нам выделила одна крупная компания. Через фонд сохранения биоразнообразия мы эти деньги использовали для строительных работ: фундамента, коррекцию металлоконструкций", — объясняет директор.

Сегодня оранжерея выживает в полумраке временных укрытий, а её тропические гиганты — в вынужденном сне. Чем дольше длится эта пауза, тем выше шанс, что однажды "маленькие джунгли" в сердце холодного мегаполиса будут окончательно утеряны.